РУБОН - сайт военной археологии

Путь по сайту

Военная история

Эту работу я посвящаю памяти всех артиллеристов, 1 отдельного артиллерийского дивизиона, а в частности памяти командира 3 батареи БМ-13 Черкасова Евграфа Степановича-моего деда. Тема была выбрана мною по причине того, что мало кто знает историю 1 дивизиона «Катюш» в целом, а в частности историю боевого пути батареи капитана Флерова, прошедшей боевое крещение на территории Беларуси, под Оршей.

 


Личный состав и комплектация
28 июня 1941 года, через шесть дней после начала войны, в 1-м Московском Краснознамённом артиллерийском училище им. Л.Б.Красина приступили к формированию батареи. Начальником училища был в то время полковник Ю.П. Бажанов (в последующем – маршал артиллерии).
На следующий день на территорию училища были доставлены пусковые установки, реактивные снаряды, пристрелочная 122-мм гаубица с комплектом боеприпасов, автомашины и другое имущество. Обеспечением батареи руководил начальник отдела спецвооружения и заместитель начальника Главного артиллерийского управления Красной Армии военный инженер 1 ранга В.В. Аборенков, впоследствии генерал-лейтенант артиллерии. В батарею поступило семь пусковых установок БМ-13. К тому времени было создано лишь 8 установок, последняя находилась на испытаниях в Севастополе.
Батарея получила 3000 реактивных снарядов. Прибыли 44 грузовые автомашины. Они позволяли поднять 600 «эрэсов», 100 снарядов для пристрелочной 122-мм гаубицы, три заправки горючего и на неделю продовольствия, радиостанции, телефонные аппараты, провод.
Батарея насчитывала 170 человек личного состава и в неё входили три огневых взвода, взводы управления, парковый, пристрелочный и различные хозяйственные подразделения. Командиры огневых взводов лейтенанты И.Ф.Костюков, И.А.Малышкин и М.А.Подгорнов, заместитель командира батареи К.К.Сериков, командир взвода управления М.И. Науменко и командир пристрелочного взвода лейтенант П.К.Ветряк в недавнем прошлом были слушателями артиллерийской академии. Комиссар батареи политрук И.Ф.Журавлёв, воентехники 2 ранга И.Н.Бобров, И.Е.Скигин и А.К.Поляков, лейтенант А.В.Кузьмин и военфельдшер Ю.В.Автономова прибыли из МВО.
Весьма тщательно подбирали в батарею сержантов и бойцов – в первую очередь хорошо подготовленных артиллеристов из частей. Командирами боевых расчётов, пусковых установок были назначены сержанты В.И.Овсов, И.Е.Гаврилов, Есенов, И.Н.Коннов, А.Курганов, Рушев, К.В. Неяглов.
Первая экспериментальная отдельная батарея под командованием капитана И.А.Флерова была сформирована. Ночью 2 июля 1941 года батарея выступила из Москвы, направляясь на Западный фронт. Хотелось бы подчеркнуть, что на следующий день, 3 июля 1941 года, пришёл приказ о создании отдельного артиллерийского дивизиона особого назначения состоящего из 4 батарей. Командирами 2, 3 и 4 батарей были назначены соответственно Дегтярёв, Е.С. Черкасов и Дятченко. 4 июля батарея капитана Флерова влилась в 20-ю армию, войска которой занимали оборону по Днепру в районе Орши и вели бой с гитлеровцами, прорвавшимися к Смоленску.
Так начался боевой путь 1 отдельной батареи БМ-13.

Боевой путь батареи Флерова
В ночь на 3 июля первая Отдельная экспериментальная батарея реактивной артиллерии выехала из Москвы и двинулась по Минскому шоссе на запад. В колонне обычных грузовиков, крытых брезентом, выделялись зачехленные машины, напоминавшие автомобили, перевозившие понтоны. Все, кому довелось видеть ту колонну, так и считали их понтоновозами.
В ночь на 14 июля наши войска после тяжелых боев оставили Оршу. Изнуренные и малочисленные, они спешно окапывались на восточных берегах Днепра и Оршицы. В такой грозной обстановке командование Западного фронта приказало капитану Флерову нанести огневой удар по Оршанскому железнодорожному узлу. Утро 14 июля выдалось жарким. Кривошапов и Флеров в штабе артиллерии фронта уточняют задачу. А на огневой позиции в окопчике за правофланговой машиной у рации "на приеме" лейтенант Подгорный. Здесь же представители НИИ Попов и Шатов. Время 15.00.
С наблюдательного пункта, устроенного на высотке, Флеров и его разведчики видели, как заполняются подходившими составами железнодорожные пути. Против наших малочисленных бомбардировщиков немцы окружили станцию зенитными орудиями. Не боялись они и артиллерийского обстрела — тоже по причине малочисленности нашей артиллерии. Паровозы стояли под парами, готовые двинуть составы с войсками, боеприпасами и горючим дальше, к Смоленску, который из последних сил обороняли войска генерала Лукина.
С великим волнением размечали батарейцы первую огневую позицию. Командиры вместе с военными инженерами перепроверяли, пересчитывали данные для стрельбы. У затаившихся в лесу машин волновались командиры боевых установок Иван Коннов, Валентин Овсов, Константин Неяглов, Александр Курганов, Иван Гаврилов. Было уже далеко за полдень, когда последовала команда зарядить установки, выезжать из леса в лощину на огневую и занимать там места.
Командиры установок и водители — в кабинах; стекла прикрыты броневыми щитками. Остальные батарейцы-огневики — в ровиках.
На ПНП Флеров уточнил результат пристрелки цели 122-мм гаубицей и взял у радиста Алексея Захарова микрофон. На часах 15.10. "Снять колпачки!" С огневой -- ответный сигнал Подгорного. 15.15. Флеров: "Огонь!"
С ревом, скрежетом, подняв с обожженной земли облако пыли, в небо пошли эрэсы. Недолгое время, пока не выгорело горючее, за каждым из них тянулся беловатый след. Но вот небо очистилось. Все стихло. И тут же замолотило тяжкими ударами. Эрэсы дружной стаей как бы клюнули щебенку между путями, крыши вагонов, бока цистерн и мгновенно взорвались. И пошло — загрохотало, запылало, взрываясь и опрокидываясь...
Удар внезапный и разрушительный потряс гитлеровцев. Однако, еще не зная причину катастрофы на железнодорожном узле, артиллерия противника принялась обстреливать огневую позицию «катюш», бомбардировщики, летевшие на Смоленск, получили приказ бомбить дымное облако в лощине. Самолеты прошли совсем низко над «катюшами», спешившими в лесное укрытие. Знай летчики, кто под ними, батарея уже после первого залпа погибла бы. Но летчики не связали внезапный приказ бомбить лощину с грузовиками, закрытыми брезентом. И это было счастьем батареи и уроком на будущее для всех эрэсовских частей.
В тот же день, 14 июля, «катюши» получили новую хорошую цель — понтонную переправу немцев через реку Оршицу. Передовые подразделения врага уже отвоевали плацдарм на восточном берегу, и к переправе спешили танки, пехота, грузовики. «Катюши» снова выехали из леса, встали на новой огневой позиции. Когда на переправу начали въезжать танки, Флеров со своего НП отдал по телефону команду: «Залп!» Несколько снарядов взорвались на самой переправе и разрушили ее. Основная масса эрэсов взорвалась в сгрудившихся войсках. В огненном столпотворении возникла паника. Гитлеровцы разбегались от страшного места. Те, конечно, кто мог бежать. Наша пехота тут же атаковала противника на плацдарме. Солдаты противника бросались в воду, сдавались в плен. А наших бойцов охватила радость. Повсюду, куда докатился рев залпа и грохот взрывов, люди вылезали из окопов, кричали «ура», бросали вверх пилотки, искали глазами то грозное оружие, что так уничтожающе расправилось с врагом.

На следующий день, 15 июля, батарея Флерова была уже далеко от Орши. Она переместилась в район города Рудня. Маневренность, способность легко перемещаться на большие расстояния — это еще одно достоинство реактивной артиллерии. В тот же день сюда прибыл заместитель командующего Западным фронтом генерал-лейтенант А.И. Ерёменко.
В тот день танки противника прорвались с севера к Ярцеву и перерезали шоссе Смоленск – Москва. Войска Западного фронта лишились основной дороги, по которой поступало снабжение.
Из воспоминаний заместителя командующего Западным фронтом генерал-лейтенанта А.И. Ерёменко:
«Мною был получен приказ: «Предлагается широко применить против фашистов «эрэсы» и в связи с этим испробовать их в бою. Вам выделяется одна батарея БМ-13. Испытайте её и доложите своё заключение»
«Долго я размышлял после этого, что это за «эрэсы». Никто из окружающих меня командиров тоже никогда не слышал такого странного слова. И лишь когда прибыла батарея этих «эрэсов», я узнал, что это за оружие. Незадолго до войны, будучи председателем государственной комиссии по испытанию новых видов оружия, я видел эти «эрэсы». Правда, в то время их не называли ни «эрэсами», ни «катюшами», -- говорил потом А.И. Ерёменко.
«…После опыта я послал донесение в Ставку с подробным описанием результатов. Фронтовики дали самую высокую оценку нашему оружию», -- писал позднее Маршал Советского Союза А.И. Ерёменко.
15 июля батарея произвела три залпа. Гитлеровцы пользовались данными, из которых следовало, что под Рудней обороняется лишь несколько подразделений Красной Армии. Поэтому фашистское командование двинуло свои полки в походных колоннах. Залпы реактивных установок последовали один за другим. Потом с этого участка фронта гитлеровцы вывезли три эшелона убитых и раненых.
Эхо первых залпов батареи быстро докатилось до Берлина. Высшее гитлеровское командование чрезвычайно обеспокоилось сведениями о новом советском оружии. Инженерные службы врага еще не успели решить, как противодействовать нашим танкам KB и Т-34, и вот новая забота. И в фашистские войска полетели распоряжения.
«Русские имеют автоматическую многоствольную огнемётную пушку… Выстрел производится электричеством. Во время выстрела образуется дым… При захвате таких пушек немедленно докладывать».
«Русские применили батарею с небывалым числом орудий. Снаряды фугасно-зажигательные, но необычного действия. Войска, обстрелянные русскими, свидетельствуют: огневой налёт подобен урагану. Снаряды разрываются одновременно. Потери в людях значительные».
«О найденных русских снарядах с ракетным составом сообщать непосредственно главному инспектору артиллерии с указанием места находки... Выстрел — глухой раскат, взрыв — высокий столб пламени. Возможно, в снаряде есть горючая жидкость, фосфор, термит и т. д.».
«… Докладывать о каждом залпе, тщательно охранять неразорвавшиеся снаряды, пересылать их главному инспектору химических войск. В случае захвата тщательно охранять раму для стрельбы, запальный состав, прицельные приспособления и т.д., немедленно доставлять наставление по материальной части и по применению».
Командование Западного фронта широко маневрировало батареей, перебрасывало её на самые ответственные участки. Залпы батареи гремели под Смоленском, Ярцевом, Ельней, Рославлем.
Поступило новое приказание: реактивной батарее прикрыть отход войск на новые обо-ронительные позиции, которые перекрывали шоссе, ведущее к городу Спас-Деменск. Высланные капитаном Флеровым разведчики увидели на шоссе длинную колонну войск про¬тивника, которая двигалась к Спас-Деменску. Батарея по лесным дорогам продвигалась на северо-восток. Машины шли очень медленно. Разведчики днем и ночью искали объезды.
Реактивных снарядов осталось только на один залп. Поступил приказ из штаба армии — батарее выходить к Вязьме. Но вскоре раз¬ведка установила, что "фашистские войска, наступавшие из района Духовщины севернее Смоленска и из района Рославля с юга, соеди¬нились 5 октября восточнее Вязьмы.
Утром 6 октября по едва заметной заболо¬ченной дороге командир увел батарею в лес. Остановились в 4—5 километрах северо-вос¬точнее деревни Гряда. Боевые машины зама-скировали на поляне. Капитан Флеров собрал командиров взводов и расчетов, сообщил о сложившейся обстановке. Думали прорывать¬ся на Можайск. Последний залп решили дать, чтобы расчистить себе путь у линии фронта либо для самозащиты, если батарея окажется в безвыходном положении.
Наступила ночь. Батарея двинулась в путь. Впереди колонны на полуторке— разведка. В хвосте — на дистанции 400—500 метров от последней машины — грузовик с бойцами взвода управления. Кончался бензин. Его остатки из транспортных автомобилей слили в баки боевых машин. Остальные – сожгли.
На другой день к вечеру небольшая теперь колонна подошла к опушке леса. Разведчики доложили: впереди ровное поле и за ним— сырой, заросший травой луг. Возле опушки — деревня Богатырь. Противника в деревне не видно. Капитан Флеров развернул карту. Открытое поле простиралось до 6 километров. Дальше — густой лес. Настораживала дере¬вушка. Обойти ее справа было невозможно — на несколько километров тянется непроходи¬мое болото. В 5 километрах слева от деревни— районный центр Знаменка. Там навер¬няка фашистские войска. Оставалось одно — проскочить ночью через деревню Богатырь.
Вперед на полуторке выехали разведчи¬ки — еще раз осмотреть лес, проверить дерев¬ню. Вскоре разведчики возвратились: лейте¬нант Науменко доложил, что все спокойно. Капитан Флеров снова выслал вперед разведку. Выждав несколько минут, тронулась и колонна. Проехали опушку, пересекли ручей, вышли на луг и остановились. Заглушили моторы. Вышли из машин. Прислушались. Кругом — ни звука. В деревне не светилось ни одно окно. Машины медленно двинулись с выключенными фарами по лугу. Водители напрягали зрение, всматриваясь в очертания идущей впереди машины, в дорогу. Все были готовы принять бой.
Избы в деревне отстояли далеко одна от другой и тянулись по одной стороне улицы. Противоположная сторона была застроена ри¬гами и амбарами. Метрах в трехстах от последнего двора начинался густой кустарник, а дальше — заболоченный луг, к которому подступал лес, непроходимый для машин.
Колонна поравнялась с окраиной деревни, и тут из-за амбаров, риг, из кустарника вне-запно появились вражеские танки, машины и перерезали полевую дорогу. В тот же миг на колонну обрушился пулеметный огонь. В небо взвились осветительные ракеты. Капитан Фле¬ров понял: это крупная вражеская засада. Стреляя на ходу, фашистские танки ринулись вперед, пытаясь взять колонну в клещи. Мысль командира батареи работала напряженно. Прорваться через засаду невозможно — не¬равные силы. Заряженные установки за несколько секунд могут дать залп по противни¬ку, но для этого надо отойти назад хотя бы на километр. Времени для этого нет. Остается одно: дать залп на месте, вызвать замеша¬тельство у фашистов, затем подорвать свои боевые машины и отойти в лес.
Командира огневого взвода Овсова, спе¬шившего на помощь капитану, отбросило в сторону. Он потерял сознание. Все это— от первого появления фашистских танков на полевой дороге до взрыва пусковой установки вместе с капитаном Флеровым — заняло несколько минут. Военфельдшер Автономова, отбежав к лесу, видела, как погиб командир батареи.
Расчеты других боевых установок успели выполнить последний приказ комбата. Они отвели установки назад и дали последний залп. Дистанция была малой. Реактивные сна-ряды пролетели высоко и не могли поразить цели. Батарейцы взорвали боевые установки, прежде чем приблизились фашистские танки.
Отстреливаясь от наседавших фашистов из винтовок, пулеметов и автоматов, отбиваясь ручными гранатами, батарейцы мелкими груп¬пами отходили к лесу.
После боя немцы, осмотрев место, сняли с убитых награды, оружие, забрали документы.
Жители ближней деревни Богатырь похоронили мертвых в районе деревни Богатырь — недалеко от большака Вязьма — Юхнов и подобрали раненых, которым в темноте удалось уползти в болото и кустарник. Ни один из воинов батареи капитана Фле¬рова не попал в плен. Сорок шесть бойцов и командиров из ста семидесяти, что воевали в батарее, вышли из окружения. Все они до конца войны сражались на фронте, многие из них командовали батаре¬ями. Флеровцы громили гитлеровцев под Москвой, Сталинградом, Курском, дошли до Берлина.
Один из участников этих событий остался жив, прошел войну и каждый год 9 Мая приезжал на могилу своих однополчан, ухаживал за ней вместе с местными жителями.

После 1984 года такие поездки прекратились, многие сельские ветераны ушли из жизни. Заборчик, ограждающий могилу, сгнил и упал, место это запахали вместе с дорогой, которая шла через поле к деревне. Захоронение было утрачено.

Однако в 1995 году после присвоения Флерову посмертно звания «Герой России» перед руководством Смоленской области встал непростой вопрос: памятник есть (мемориальная плита в начале деревни Богатырь), а останки героя находятся где–то среди поля. Были вызваны вяземские поисковики под руководством А.Гаврикова и Л.Горшковой для розыска останков погибших воинов.
Церемония перезахоронения началась митингом в районном центре Угра, а затем колонна с гробами на артиллерийском лафете и с почетным караулом отправилась в поселок Знаменка, где дали залп современные реактивные установки «Град». Останки были торжественно перезахоронены в деревне Богатырь у большака Вязьма — Юхнов.
Примечание от автора
Хотелось бы уточнить что в Спас-Деминский котёл попала вся 1 дивизия «Катюш».
Об этом говорится в воспоминаниях старшего - лейтенанта Денисова: «Приведя батарею в лес восточнее села Ушакова, я неожиданно увидел здесь старшего лейтенанта Е.С.Черкасова, своего сослуживца. Сквозь листву деревьев проглядывали боевые машины. «ёще одна батарея здесь не спроста», -- подумал я, крепко пожимая руку товарища. О том и сказал ему. Черкасов ответил:
-- Здесь и Флеров. Правда, только что умчался на левый фланг армии помочь девятнадцатой дивизии. Ещё Дятченко со своими установками должен подойти.
«Значит, тут четыре батареи, -- соображал я. — Сомневаться не приходится: в полосе двадцать четвёртой армии замыслен сильный удар.»
И это действительно было так. Командование действительно хотело при поддержке «Катюш» подавить немецкое сопротивление, а результате вся 1-ая дивизия «катюш» попала в окружение и была уничтожена во-избежании захвата врагом БМ-13.
Флеров до последнего момента надеялся выйти из окружения вместе с боевыми машинами, но его планам не суждено было сбыться. Последнее полученное его родственниками письмо имело следующее содержание:
«Наши дела идут хорошо. Про город Е., очевидно, Вы читали в газетах. Всё это происходило при нашем участии. Сломить сопротивление фашистов было нелегко. Мы знаем, что победа не приходит сама… У меня всё благополучно. Смерть пока обходит меня стороной, хотя много раз была совсем рядом. Кажется, я проживу не менее ста лет…»
По словам ветеранов, капитан Флеров погиб из-за спешки. Он при подрыве машины взял слишком короткий бикфордов шнур и в результате погиб вместе с машиной. Он слишком поздно понял свою ошибку и исправил её заплатив за это своей жизнью. Таков боевой путь легендарной батареи.

 

Черкасов Илья
ПГС-57
ГГПК

Список литературы:
1. Солоницын Г.П., «РАДИ ЖИЗНИ НА ЗЕМЛЕ», М., издат. ДОСААФ СССР, 1987 г., стр 89-156
2. Астапенко Г.Н., Григорьев М.Г., Терахов И.П., Яровский А.И., М., издат. ДОСААФ СССР,
1979 г., стр. 43- 81
3. «Советская Россия» от 19 ноября 1966 г., статья посвященная Дню ракетных войск и артиллерии «Дивизион бесстрашных», автор Гладкий С. (научный сотрудник Военно-исторического музея г. Ленинград)
Список используемых сайтов:
1. http://www.ugra.alexandrovi.ru/
2. http://www.orshagorodmoy.info/
3. http://www.portal-slovo.ru/
4. http://www.artillery-museum.ru/

 

После публикации статьи к нам обратилась племянница одного из воинов батареи Флерова Воробьева Василия Ивановича.

Размещаем присланную фотографию, на фото он слева.

Отзыв Александра Милютина на статью Ильи Черкасова

Илья Черкасов на момент написания статьи о своем деде в 2011 г. являлся студентом первого курса строительного колледжа (ГГПК) в г. Гродно.(-прим. администратора сайта "Рубон"). Далее текст А. Милютина:

Цитирую автора:

«Эту работу я посвящаю памяти всех артиллеристов, 1 отдельного артиллерийского дивизиона, а в частности памяти командира 3 батареи БМ-13 Черкасова Евграфа Степановича-моего деда. Тема была выбрана мною по причине того, что мало кто знает историю 1 дивизиона «Катюш» в целом, а в частности историю боевого пути батареи капитана Флерова, прошедшей боевое крещение на территории Беларуси, под Оршей»

К сведению Ильи, первый дивизион БМ-13 имел номер 42 и назывался 42-й отдельный арт.дивизион (далее 42-й оад) и был сформирован 8.8.41.

Командиром 3-й батареи 42-го оад был капитан Флеров Иван Андреевич, батарея вошла в состав дивизиона 8.8.41. Дивизион в августе и сентябре 1941 г входил в состав 24-й армии и участвовал в боях под Ельней.

Командирами 1-й и 2-й батарей были старший лейтенант Черкасов Евгений Александрович и лейтенант Шуктомов Степан Григорьевич, соответственно.

Причем при отправке на фронт Черкасов Е.А. сначала командовал батареей № 19, отправленной в группу Калинина, которая стала потом 19-й армией. Однако при прибытии на фронт Черкасова Е.А. перевели с командования батареи №19 на командование 1-й батареи 42-го оад для более быстрого введения в дело.

О судьбе Черкасова Е.А. можно прочитать в статье «Старший лейтенант Черкасов Евгений Александрович, командир батареи №19» http://aldr-m.livejournal.com/13770.html

А чтобы у Ильи не было иллюзий по поводу того, кто командовал 1-й батареей 42-го оад, процитирую записанные Афанасьевым воспоминания лейтенанта Костюкова Ивана Федоровича, попавшего в плен и дожившего до освобождения:

«В лесу собралась группа Костюков, Сериков, Ветряк (правильно Витряк) и старший лейтенант Евгений (фамилии не помнит) и несколько солдат – около 20 человек. Шли лесом на Калугу. До 13.10.41 пробирались по тылам. В одной деревушке показали брод через речку. В группе была медсестра. Брод оказался глубоким. Сериков промок по грудь. Раздевались остальные догола. Зашли в деревню, чтобы обсушиться, поесть. Окна домов были забиты. Там оказались немцы. Некоторым удалось убежать. Захватили Костюкова, Серикова, Витряка и ст. лейтенанта»

Что также подтверждает сведения родственников о том, старший лейтенант Черкасов Евгений Александрович находился в плену.

А Илье вместо того, чтобы заниматься распространением мифологии, не подтвержденной документами, мифологии, не имеющей ничего общего с реальными событиями, вместо того, чтобы публиковать неправильно написанные фамилии бойцов и командиров батареи Флерова и 42-го оад, лучше бы заняться установлением судьбы своего деда Черкасова Евграфа Степановича, несомненно, достойного защитника Отечества.

Подробно с формированием первых батарей можно ознакомиться в моей статье «Катюши (БМ-13) на Западном направлении к началу операции «Тайфун» http://aldr-m.livejournal.com/8509.html

Краткие сведения о командирах первых батарей можно узнать из статьи «Реактивная артиллерия на Западном направлении в лицах (июль-сентябрь 1941)» http://aldr-m.livejournal.com/8804.html

О первых залпах первых батарей в статье «Первые залпы батарей реактивной артиллерии (батареи Флерова, Куна, Денисенко, Небоженко)» http://aldr-m.livejournal.com/14066.html

--

Дополнительно хотел бы отметить, что красноармеец Воробьев Василий Ивановичй действительно служил в батарее Флерова,  что было установлено мной еще несколько лет назад.

Персональные данные: Воробьев Василий Иванович, 1918, Горьковская обл., Воскресенский р-н, д. Белавиха.

Запись в ОБД Мемориал: Горьковская обл., Воскресенский р-н, 1941 Воскресенский РВК, красноармеец, пропал без вести 09.1941, ЦАМО, ф.58, оп. 18004, д.177, номер записи 57062386

 

 

 

Мы в "Одноклассниках"

Мы "В Контакте"

Яндекс.Метрика